Когда под давлением математического сообщества журнал Nonlinear Analysis отозвал работу Оксенхиельм и снял ее со своего сайта, молодая аспирантка продолжала настаивать на том, что ее статья не вышла в журнале и не принята математиками только из зависти и половой дискриминации —просто математики-мужчины не могли позволить девушке, да еще и такой молодой, стать автором доказательства одной из старейших и сложнейших проблем в математике. Несмотря на то что ошибка в работе Оксенхиельм была очевидна всем, кто разбирается в математике хотя бы на уровне студента, дискуссия в СМИ продолжалась довольно долго, но уже не в научной плоскости, а в более понятном обществу контексте гендерного равенства.

Вопрос, с которого мы начали, почему в математике мало женщин, касается болезненной для общества темы равенства или неравенства полов. Большинство жарких споров, разгорающихся вокруг нее, быстро превращаются в склоки, которые могут привести к чему угодно, кроме истины. Если же постараться сохранить холодную голову и обратиться к фактам, можно сделать примерно такие выводы. Эффект прохудившейся трубы подтверждается статистикой, схожей в США и России, —чем выше академический уровень, тем меньше на нем женщин-математиков.

Дискриминация по половому признаку не миф, она, к сожалению, распространена и в научной сфере, но ее эффекты в математике, судя по всему, не очень велики. Для того чтобы утверждать, что женщины биологически менее способны к занятию абстрактной наукой, чем мужчины, нет убедительных научных данных, а эффект запрограммированной обществом неуверенности в своих способностях вряд ли сильно сказывается на только что защитивших диссертации молодых ученых —объяснить им прохудившуюся трубу сложно.

Пожалуй, из трех гипотез Лоуренса Саммерса наиболее убедительной выглядит первая: у женщин просто есть дела поинтереснее, чем годами размышлять об абстрактные понятиях. С другой стороны, еще совсем недавно казалось, что женщинам неинтересно управлять крупными корпорациями.

Автор: Виктор Знаменский